00:06 

"ТАНЦЫ С СЕМЬЕЙ" К. Витакер, В. Бамберри - 9. ЗДОРОВАЯ СЕМЬЯ И НОРМАЛЬНАЯ ПАТОЛОГИЯ

Сестра Хо
нам в школе выдали линейки, чтобы мерить объем головы (с)
9. ЗДОРОВАЯ СЕМЬЯ И НОРМАЛЬНАЯ ПАТОЛОГИЯ

Одна из трудностей в работе с семьями состоит в определении того, что является в них здоровым, а что нет. Как различить семью, функционирующую в пределах "нормы" и семью, погрязшую в "патологии"? Общепризнанных критериев здесь нет, но все мы имеем некоторые представления, которые направляют ход нашей мысли.
Может быть, самый надежный способ сориентироваться в этом - рассмотреть наши собственные индивидуальные критерии. Мы постоянно высказываем мнения подобного рода. Ни научное мышление, ни объективность клинициста по отношению к клиенту, ни широкий кругозор личности не имеют ничего общего с этим естественным человеческим феноменом - личным мнением. Независимо от образования и профессионализма те мерки, которые мы автоматически прилагаем к семье, отражают наши собственные личностные установки, предубеждения и комплексы. Мы смотрим на других исключительно с позиций нашего собственного опыта.
Начиная работать с семьей, я обычно в первую очередь берусь за отца. Я, естественно, сравниваю его со своими сформировавшимися в течение всей жизни, усвоенными из культуры представлениями о том, что такое отец и что он делает. Данное сопоставле-ние отражает мое “я”, а также связано с тем, каким я вижу моего собственного отца в сравнении с теми образами "отцов", с которыми мне приходилось в жизни встречаться. Этот "новый" отец под микроскопом моего сознания вполне естественно получает хоро-шие отметки за то, что мне нравится в себе, в моем отце, в образах других "отцов", которые я в течение всей жизни перевел из внешнего в свой внутренний план. Плохие же от-метки концентрируются на противоположной стороне спектра свойств, связанных с этим образом. Такая непроизвольная оценка дается и матери, взаимоотношениям матери и отца, детям и их взаимоотношениям, отношениям друг к другу родителей и детей и так далее. Данная личностная система оценок лежит в основе моих обычных суждений о лю-дях. Вполне естественно, что при этом я сравниваю тех, с кем мне приходится встречаться, с интернализированными шаблонами межличностных отношений, которые созданы мною в течение всей жизни.
Этот процесс не является заранее планируемым или сознательно регулируемым, он происходит самопроизвольно. Когда Мама говорит что-то, рождающее воспоминания о моей собственной матери, я автоматически предполагаю, что она имеет в виду то же самое, что и моя мать. Хотя все это может не иметь ровно никакого отношения к намерениям конкретной Мамы или к тому, как данная информация воспринимается семьей, - я слышу в высказываниях Мамы только то, что могу услышать. Разумеется, я могу кое-что осознать в этом процессе, но это отнюдь не останавливает его: мы постоянно совершаем взаимные переносы. Я могу почувствовать вас только через того Себя, которого знаю. Быть может, одно из самых важных моих достижений состоит в том, что я научился не пытаться заставлять "Вас" быть "Мною". С другой стороны, мне бы не хотелось, чтобы и вы пытались сделать "Меня" "Вами", о чем я и хочу предуведомить вас заранее. Вы не должны беспокоиться о том, что если “вы” не будете воспринимать мир так, как это де-лаю “я”, то “я” сочту вас "ненормальным".


Семейная жизнь

Несмотря на важность личностного фактора, есть множество других значимых критериев того, как смотреть на семью и как говорить о ней. Прежде всего, здоровая се-мья является по своей сути не статичной, а динамичной. Она непрерывно измененяется, эволюционирует. Здоровье - непрерывное состояние "становления", и ты никогда не дос-тигнешь здесь конечного пункта, не закончишь путешествие. Итак, здоровая семья - это система в движении. И когда как вы заглядываете в семейную систему через известную методику "стоп-кадр" или оцениваете "межуровневый образ", чтобы узнать о семье что-то действительно важное, вам очень важно ощущать это семейное движение. Вместе с тем следует иметь в виду, что образ семьи, возникающий в каждый данный момент времени, может разрушить ваше прежнее представление о семье, и вам даже приходится менять исходную гипотезу.
Если мы рассматриваем семью в движении, то понимаем, что внутрисемейные “танцы” отнюдь не случайны. Как и в любых других социальных организациях, здесь имеются определенные правила, политические игры, шаблоны. Обычно семейные правила завуалированы, не проговариваются и часто даже не осознаются, и тем не менее они очень могущественны. В здоровых семьях эти правила служат направляющими позитивными ориентирами, способствуют росту. В патологических семьях правила используются для сдерживания изменений и сохранения "статус-кво".
Одним из основных компонентов в структуре хорошо функционирующей семьи является четкая дистанция между поколениями. Ясно, что родители и дети не равны ме-жду собой с точки зрения таких понятий, как "власть" и "ответственность". Родители представляют собой как бы позвоночный столб семьи. Руководство со стороны родите-лей, их взаимная солидарность обеспечивают ощущение безопасности для детей. Однако здоровую дистанцию между поколениями не следует путать с негибкими иерархически-ми структурами внутри семьи. Здоровая семья основывается не на доминировании родителей над детьми, а скорее на том, что сила первых обеспечивает безопасность для вто-рых, что, как правило, представляет собой скрытую тенденцию в семейной жизни: сила родителей здесь четко осознается, но не всегда открыто проявляется.
Родительская сила в здоровой семье функционирует в скрытой форме. Поскольку эта сила не подвергается сомнению, родителям нет необходимости непрерывно доказы-вать ее существование как детям, так и самим себе. Они поощряют открытость по отношению к игре, ролевому экспериментированию, в частности обмену ролями. Свобода в смене ролей и функций дает возможность семье безопасно жить в мире "а что, если".
Например, Папа чувствует себя достаточно безопасно, чтобы не стремиться выиг-рывать все без исключения “силовые” поединки со своим четырехлетним сыном. Ему нет необходимости воспроизводить шаблоны жесткого поведения, которые он приобрел в жизни, чтобы ощутить себя человеком, действительно контролирующим данную ситуа-цию. Он может даже позволить маленькому Джонни за обеденным столом играть роль папы и отрезать мясо или настолько включиться в ситуацию игры с сыном, что наберется смелости играть роль Джонни, хнычущего из-за овощей или темного риса. Подобным образом и Мама может позволить своей восьмилетней дочке натереть себе спину, когда почувствует себя неважно, или разрешит ей самостоятельно постирать в машине, даже если та еще не Бог весть как управляется с агрегатом. Она может дать своему сыну право самому выбирать, когда и сколько ему убираться в комнате, будучи достаточно гибкой и не становясь в позицию жесткого контролера.
В здоровой семье дети могут иной раз оказывать матери особые знаки внимания, и отец при этом не будет ревновать. С другой стороны, они могут сделать что-то хорошее для папы, и мама при этом не почувствовует, что ее предали. Такого рода гибкость в ро-левом поведении отнюдь не разрушает структуру семьи, а наоборот усиливает ее.
Здоровая семья может вполне нормально существовать и допускать смену одних внутрисемейных треугольников и коалиций другими, при этом у членов семьи не возни-кает чувство ревности или ненадежности. Конечно, свобода в проживании разного рода “треугольных” комбинаций и перестановок представляет собой обогащающий человека опыт. Свобода в объединении с кем-либо, разъединении, повторной смене партнеров является жизненно необходимой для установления разного рода границ. Это также на-правляет в определенное русло потребность действительно отделиться, уйти и жить неза-висимо, не чувствуя при этом вины за отрыв от семьи. Только когда вы свободны при-надлежать чему-то, объединение с кем-то может иметь позитивный смысл. Объединение в команду будет основано на свободной воле, на свободном выборе, а не на обязаловке.
Такая структура дает возможность каждому члену семьи ощущать себя частью безопасного и заботящегося о своих членах целого, в то же время поддерживающего не-зависимость и самовыражение каждого. Возникающая общность реальна, так как в нее входят свободно. Каждый человек может свободно входить и выходить, снова отделяться и снова возвращаться и так до бесконечности.
Общность и свобода развиваются вместе, отнюдь не являясь антагонистами по отношению друг к другу. В этих условиях появляется ощущение семейной общности, своеобразный семейный национализм. Члены семьи хотят быть вместе, воспринимая друг друга как более целостного, более совершенного индивида.
Когда здоровая семья проходит различные этапы жизненного цикла, она свободна в развитии, адаптации и росте без страхов и опасений. Новые обстоятельства создают скорее новые возможности, а не новые угрозы. Неизбежно возникающие конфликты и проблемы решаются без потери глубинного ощущения взаимной заботы и любви. В раз-ное время в разных ситуациях разные члены семьи начинают играть роль "козлов отпущения". Эта способность иметь, но менять "козлов отпущения" гораздо здоровее, чем невинная жизнь с верой в то, что никаких "козлов отпущения" у них вообще нет. Быть "козлом отпущения" плохо, деструктивно только тогда, когда эта роль становится ригидной и жестко приписывается какому-то одному индивиду. Семьи, мир которых наполнен различного рода фобиями, старающиеся избежать всех возможных патологий, обычно становятся жертвами этой ригидности.
Другим признаком здоровой семьи является то, что такая семья - это место проявления близости, любви, так же, как и ссор, ненависти. Все свободны участвовать в ин-тенсивных межличностных взаимоотношениях - как на основе любви, так и на основе ненависти. Такие эмоционально насыщенные вопросы, как сексуальность, религия, вос-питание детей могут становиться предметом спора и перепалок без угрозы для целостности семьи в пространстве и во времени. Основа здесь достаточно тверда, чтобы не только не уходить от подобного рода взаимодействий, но и расти благодаря им.
Существует и свобода принятия, включения в семейную систему трех или даже четырех поколений семьи. Родители могут говорить о старых добрых временах, и детям это будет интересно. Дети могут общаться с бабушками и дедушками без угрозы быть включенными в патологические треугольники с родителями. Старшее поколение может общаться с младшим и при этом не прятаться за безличное требование сохранять дистанцию - "уважать". Они все могут смело ориентироваться на будущее и говорить о сле-дующем поколении без страха, что это уводит их от настоящего. Постоянно развивающийся процесс внутреннего взаимодействия рассматривается как часть постоянно обнов-ляющейся внутрисемейной культуры.
И наконец, здоровая семья представляет собой скорее открытый, чем закрытый социальный организм. Люди, не принадлежащие к семье, имеют тенденцию скорее включаться в нее, чем от нее отстраняться. Друзья, соседи и т. д. могут входить во внутрисемейное пространство, где их принимают с удовольствием и без подозрений. Любой член семьи может свободно привести в семью своего друга и не опасаться, что его отвергнут.
Поскольку здесь говорится о семьях, нужно иметь в виду, что мы больше связаны сходством, чем разделены различиями. Что все образцы поведения и механизмы, которые мы считаем патологическими и рассматриваем в качестве показателей нездоровой семьи, могут быть обнаружены и в каждой "нормальной" семье. Различия обычно состоят в ин-тенсивности, степени ригидности, развертывании во времени негативных признаков и проблем, а не в самом их существовании.
Когда вы наблюдаете конкретную семью более или менее длительное время, поведение ее членов становится не только более понятным, но и оправданным теми кон-кретными обстоятельствами, в которых находится семья. Их тотальная взаимозависимость, когда каждое действие одновременно является и стимулом и реакцией, сохраняет способ движения системы, внутренне присущи только данной семье.


Брак

Говоря о семье, важно обсудить ее основу - брак. Здоровый брак - как бы смесь первоначально отличных друг от друга культур. Это такое перемешивание двух культур, которое создает одну новую культуру, одновременно похожую и непохожую на те, что ее породили. Я часто описываю это как процесс, при котором две семьи посылают вперед своих "козлов отпущения", чтобы воспроизвести самих себя и свою культуру. Жизнь - это когда живут, чтобы увидеть кто выиграл. Реальный спобоб избежать такого смехотвор-ного соревнования - достигнуть превосходного уровня жизни. Нельзя воспроизводить стиль жизни только одной семьи - тогда проигравшими окажутся все. Новая супружеская пара должна обладать своеобразием и в то же время отдавать себе отчет в тех особенно-стях субкультур родительских семей, которые имело бы смысл сохранить в своей.
Этого не происходит по повелению свыше или даже вследствие свадебных клятв. Поговорки типа "жить-поживать, да добра наживать", которые обычно произносят на свадьбах, по сути своей очень деструктивны, так как вынуждают обоих партнеров при-нять романтический образ приносящей взаимное наслаждение любви с первого взгляда и до гробовой доски. Этот образ игнорирует реальность и препятствует движению к более зрелым взаимоотношениям. Чем скорее супружеская пара освободится от мифа о взаим-ном совершенстве, о том, что их брак заключен на небесах, тем раньше они смогут дви-гаться по направлению к настоящей близости.
Что придает браку привлекательные черты и популярность, несмотря на тот кри-зис, в котором сейчас находится этот институт, на все те острые социальные проблемы, которые вокруг него возникают? Брак часто начинается с иллюзорной веры в то, что вы созданы друг для друга и что бы вы ни пожелали, того же хочет и другая сторона. Одна-ко он редко остается на том же уровне. Ощущение эйфории вскоре сменяется столкнове-ниями с реальностью повседневной жизни. Для того чтобы иметь возможность поднять-ся над обыденностью, вы должны отстраниться от позиций "он" и "она" и искать новое "мы", которое собственно и делает брак здоровым и сильным. Нахождение оптимального баланса действительно представляет собой большую проблему.
Между прочим, именно потеря этого "мы" делает развод столь разрушительным и супружескую неверность столь деструктивной. Развод объявляет "мы" фикцией, а брак - юридически несуществующим, но я не верю, что то же самое происходит в эмоционально-психологической плоскости. Вы никогда не сможете вернуть обратно тот эмоцио-нальный вклад, который сделан в вашего партнера и который раз и навсегда является запертым в социально-психологическом образовании, называемом "мы". Вы можете принять решение расстаться, но отменять то, что уже произошло между вами - не в вашей власти. Вы останетесь частью друг друга навсегда. Сексуальные измены оказываются столь ужасными не только потому, что они ставят под вопрос значимость такого образования, как "мы", но и потому, что создают "псевдо-мы"
Сексуальные измены чаще всего происходят в тех браках, которые по сути дела уже умерли и для определения которых больше всего подходят такие слова, как пат, мертвая точка, тупик, безвыходное положение. Когда супруги утрачивают свежесть и новизну своих взаимоотношений, в их браке устанавливается дух застоя, мертвечины, одиночества, и мысль попытаться вновь найти то приподнятое состояние, которое сопро-вождало их в самом начале, кажется очень привлекательной. Хотя вновь приобретенная фантазия, возникшая взамен утраченной, часто создает энергетический потенциал для движения к сексуальной измене, сама эта измена остается относительно неглубокой. По-вторная романтическая любовь является быстротечной, хотя и соблазнительной. Действительная близость требует долгой совместной работы, притирки. Она возникает лишь со временем, через совместные усилия, разделение жизненных тягот и радостей между партнерами. В браке можно расти вместе и можно расти врозь. Третьего не дано: нет нейтрального убежища, в котором можно было бы скрыться. В то время как супружеская измена может способствовать тому, чтобы застоявшийся климат внутрисемейных взаи-моотношений был нарушен и открылись возможности для действительно живых и ин-тенсивных ощущений, цена ее обычно отвратительна. От эмоционального осадка супру-жеской измены нелегко избавиться.
Понятие обязательства в браке тоже является очень важным, но часто оно пони-мается неверно. Клятва "до смерти вместе" не должна восприниматься как приговор к пожизненному заключению без какой-либо надежды на досрочное освобождение. Только обязательство, содержащее в себе соглашение пытаться стать как можно ближе друг другу, общаться все более честно и открыто, ставить потребности супруга на один уро-вень со своими - только такие обязательства способны обеспечить исполнение приведен-ной выше клятвы. Сама идея обязательства противостоит часто возникающим в супружеской жизни импульсам: как только появится разочарование, бросить все и бежать.
Все здоровые браки испытывают десятки эмоциональных “разводов”, и не имеет значения, длятся ли они три минуты, три часа или три дня, - чувство потери при этом может быть всепоглощающим. Для преданных друг другу пар периоды эмоционального отделения являются очень болезненными, но они не ведут к необратимости, отчаянию и безнадежности. Эти пары сохраняют чувство комфорта, основанное на их прежнем опы-те, на истории их взаимоотношений и на желании совместно прилагать усилия, продук-тивно трудиться, в том числе и в межличностной сфере. Они знают, что болезненные периоды преодолимы.
Умение как-то соотноситься с различиями имеет большое значение в браке, стабилизирует его, повышает его качество. Если различия рассматриваются как плохие по своей наследственной природе или как такие, от которых необходимо избавиться, то они ведут к внутрисемейным ересям и расколам, вызывают разнообразные защитные реак-ции, в конечном счете приводят к отделению. Однако, если на различия смотрят как на то, что способствует росту, они оказываются очень ценными. Наши различия - это по сути дела то, что позволяет нам развиваться. В динамически-ориентированных супружеских взаимоотношениях (в отличие от статически-ориентированных) на первый план выступает способность действительного включения в проблемы и комплексы друг друга. Если мы будем чистить друг другу перья, наша жизнь очень обогатится. Учет и использование различий во внутрисемейных взаимоотношениях может утверждаться лишь поэтапно - от принятия и признания различий, к их уважению, к наслаждению ими и, наконец, к признанию различий величайшей ценностью.


Родительство

Наш рост как супружеской пары отражается на нашей успешности в родительской роли. Качество взаимоотношений мужа и жены имеет большое значение при исполнении ролей мамы и папы, так как взаимоотношения между родителями очень важны для детей, которые прямо-таки внедряются в эти взаимоотношения и их эмоционально-чувственная сфера отражает характер межличностных отношений мамы и папы. Например, чувство безопасности ребенка проистекает из взаимоподдержки его родителей. Причем принципиальное значение здесь имеют не столько отношения мать-ребенок или отец-ребенок, а отношение ребенка к взаимоотношениям родителей. И наоборот, если муж и жена не могут решить проблемы своих взаимоотношений еще до того, как станут мамой и папой, то они создают пространство для эмоциональной неверности и борьбы поколений в треугольниках. Испытывая недостаток в теплых супружеских взаимоотношениях, муж и жена оказываются перед лицом непреодолимых трудностей, когда им приходится выполнять родительские роли. Супружеская пара, никогда не имевшая опыта позитивного разрешения таких проблем, как согласование разных планов на выходные, распределение работы по дому, взаимоотношения с расширенной семьей (свекровь, теща и т.д.), будет испытывать существенные затруднения, когда на арене появятся дети.
Опасное заблуждкение считать, что появление младенца позволит восстановить нарушенные отношения между супругами. Просто нелепо рассматривать ребенка как Спасителя для распадающегося брака. Это обычно заканчивается еще большим расколом и еще большим отчаянием.
Процесс развития от супружеской пары к семье проходит через определенное количество этапов, которые можно предсказать. Первоначально естественный симбиоз "мать-ребенок" становится средоточием эмоциональной жизни семьи, и если папа достаточно зрел для того, чтобы, видя это, не быть ревнивым, семья свободна в своем движе-нии вперед. Однако, если папа становится слишком обидчивым, дуется или орет, когда не удовлетворяются его подростковые сексуальные потребности, начинаются настоящие неприятности. Если у него возникает игривое настроение, то жене придется выбирать между потребностями мужа и потребностями ребенка. В то же время она будет чувство-вать себя покинутой, если он обратится за недостающей теплотой и близостью куда-нибудь еще - будь то теннис, карьера или секретарша. И действительно, она останется одна с грузом ответственности за ребенка. С увеличением дистанции между супругами получает все большее право на существование паттерн "отворачивания" друг от друга.
Когда младенец становится ребенком, недостаток общности родителей опять делается болезненно очевидным. Мама может чувствовать себя подавленной из-за безус-пешных попыток одной справиться с маленьким Джонни. Сам же Джонни часто скандалит, так как воспринимает маму как слишком строгую. И если при этом папа не сможет занять ясную позицию в поддержке мамы, Джонни догадается, что папа в скрытой форме поддерживает его скандалы. Он усилит свои атаки, чувствуя себя в безопасности от сознания, что своим поведением приносит удовлетворение отцу.
Другим распространенным семейным “танцем” являются жалобы перегруженной заботами мамы на невозможность как следует контролировать свою дочь. Тогда она во-левым решением назначает “отдаленного” отца семейства "ежовой рукавицей" для его собственной дочери. Когда же папа обиженно подчиняется маминому произволу, явно делая одолжение, мама тут же наклеивает на него ярлык слишком строгого и чрезмерно наказывающего. Это заставляет маму встать на защиту своей дочери, что делает еще бо-лее жестким патологический паттерн взаимоотношений между членами семьи. Слишком сильная взаимосвязь матери и дочери еще более укрепляется, а дистанция между отцом и другими членами семьи еще более увеличивается.

(с) Карл Витакер, Вильям Бамберри

@темы: психотерапия

URL
   

Психиатрия, психотерапия и клиническая психология для не/посвященных

главная